Рим взят, на очереди – Брюссель. Итоги года в Италии

Ключевой вопрос 2019 года — повторится ли итальянский переворот в масштабах всего Евросоюза.

 

2018 год Италия встречала с непопулярным правительством, раздробленными политическими силами и полной неясностью перспектив. Спустя год у власти самое рейтинговое за десятилетия правительство. Выполнение «популистских» обещаний начато. Впереди выборы в Европарламент. В масштабах всей Европы может повториться то, что уже произошло в Италии: переход власти от евробюрократов, играющих в социалистов, к сторонникам национального суверенитета и борцам с истеблишментом. И ключевые роли в обоих блоках играют итальянские вице-премьеры.

 

Правительство перемен 

Парламентские выборы в Италии прошли 4 марта. Никто не понимал, чем они закончатся. Ни борцы с истеблишментом из «Движения 5 звезд», ни правящие демократы, ни «правые» Сильвио Берлускони и Маттео Сальвини не могли получить большинство и не горели желанием работать друг с другом. Предполагалось появление еще одного неустойчивого коалиционного правительства.

 

Выборы принесли демократам и Берлускони меньше, чем ожидалось, а «Движению» Луиджи Ди Майо и «Лиге» Сальвини — больше. Еще в конце февраля Сальвини был фигурой второго плана, лидером неформального правого блока считался Берлускони, но избиратели решили иначе. Альянс правого блока с «Движением» был невозможен: борцы с истеблишментом считают Берлускони жуликом. Но выяснилось, что Ди Майо и Сальвини получили на двоих 50,1% и могут сформировать правительство и без Берлускони. После продолжительных переговоров партии подготовили и подписали коалиционное соглашение — программу совместного выполнения обещаний, поделили портфели, нашли нейтрального «медиума» Джузеппе Конте на пост премьер-министра и приступили к работе.

 

Демократы и Берлускони, старые и опытные политические лисы, предрекали быстрое падение «правительства дилетантов и популистов», но произошло противоположное. Демократы повторяли старые штампы в ответ на новые вызовы и год не могли выбрать лидера. Берлускони на фоне облеченного властью Сальвини оказался фигурой комичной и необязательной: роль еврооптимистов закреплена за демократами, с миграцией Сальвини боролся вполне успешно, а ничего другого «старые правые» так и не предложили. В итоге, несмотря на нападки принадлежащей оппозиции итальянской прессы, рейтинг правительства в течение всего года рос, а рейтинг оппозиции — падал.

 Вечеринка закончилась

 

Первым выполненным обещанием стало ограничение миграции. Оно считалось «коньком» Сальвини, хотя входило и в программу «Движения». Итальянцы устали читать в либеральных газетах о необходимости спасать беженцев с грудными детьми от войны — и видеть на улицах всё больше ничем не занятых и хорошо одетых молодых людей, которые приехали оттуда, где никакой войны нет. И всё это — в стране, где пять миллионов человек считаются бедными.

 

Ограничивать миграцию начали еще демократы — народные настроения не оставляли никакого выбора. Однако получивший пост министра внутренних дел Сальвини довел это «внутреннее дело» до конца. Сначала в порты не впустили знаменитый Aquarius, потом закрыли порты вообще для всех перевозчиков мигрантов, а затем начали доставлять «беженцев» обратно в Ливию. На протесты либеральной общественности никакого внимания не обращали. Сальвини щедро дарил журналистам яркие заголовки («Вечеринка закончилась», «В Библии не сказано, что мигрантов должны спасать только итальянцы»), сократил миграционный поток в восемь раз и за месяц увеличил рейтинг своей партии вдвое.

 

При этом правительство всё-таки пыталось договориться с Европой. Джузеппе Конте на саммите ЕС заставил коллег заседать до половины пятого утра и не подписывал итоговое заявление до тех пор, пока в текст не включили пункт о совместной работе по миграции. Однако компромисс не удался, и не по вине Италии. Едва покинув зал заседаний, европейские лидеры заявили, что ничего выполнять не будут. Французские министры в одном предложении обвиняли Италию в нечеловечном отношении к мигрантам, а в следующем отказывались принимать их сами.

 

Казалось, что всё закончится большим конфликтом, однако к осени о проблеме словно забыли. Менее чем за год до выборов власти ЕС уже не могли выполнять пожелания транснациональных корпораций и всё шире открывать двери для мигрантов ради снижения средних зарплат и ослабления влияния властей национальных государств. Поле битвы осталось за Сальвини.

 Суверенный популизм

 

Вслед за первым выполненным обещанием правительство начало выполнять и остальные. В их число входило снижение пенсионного возраста, введение минимального гарантированного дохода гражданина, отмена запланированного демократами повышения НДС, борьба с массовым распространением временных рабочих контрактов вместо постоянных, борьба с привилегиями бывших и нынешних чиновников.

 

Все без исключения обещания начали выполняться. Оппозиция и Еврокомиссия утверждали, что только безответственные и бессовестные популисты могут обещать одновременно снизить налоги, снизить пенсионный возраст, платить всем гарантированный минимальный доход и быстрее прежнего гасить государственный долг. И действительно, большинство обещаний были выполнены фрагментарно. Однако при прежних властях не было и этого — и госдолг, и налоги, и пенсионный возраст только росли. К середине лета рейтинг правительства достиг 60%.

 

Для того, чтобы выполнять обещания и наращивать рейтинг, правящие партии неизбежно должны были иметь установку на национальный суверенитет. Нынешние власти ЕС в области экономики делают ставку на экономию и бесконечное затягивание поясов. Конфликт правительства с Еврокомиссией был неизбежен, и он начался.

 

К середине осени евробюрократы уже официально предупреждали Италию о санкциях в случае принятия бюджета с дефицитом 2,4% ВВП ради выполнения предвыборных обещаний. Еврокомиссары говорили, что Италия нарушает правила ЕС, и уходили от ответа на вопрос, почему не наказывают других нарушителей — к примеру, Францию. Италию наказывали не за цифры, а за слишком самостоятельную политику, и это было очевидно всем. Правительство вело яростную перебранку с комиссарами (Сальвини на один из вопросов о Юнкере заявил, что он разговаривает «только с трезвыми»), однако жечь все мосты не стало и довело дело до компромисса в виде дефицита в 2,04% и отказа от малой части обещаний ради основной. Ссориться и доводить дело до санкций было не в интересах министров, потому что к тому времени стало понятно: через полгода у них есть неплохие шансы вслед за Римом взять и Брюссель.

 Курс на Брюссель

 

Летом 2018 года европейские эксперты стали называть Маттео Сальвини самым популярным и самым влиятельным политиком Европы. Курс «Лиги» на национальный суверенитет и традиционные ценности (включая поддержку семьи и веры) поддерживается избирателями и во многих других странах ЕС. Важно и то, что Сальвини на примере мигрантов показал, что «суверенитисты» умеют не только обещать, но и делать. А еще важнее, что у них появился явный и яркий лидер. Марин Ле Пен тактично уступила очевидному.

 

Но если об альянсе «суверенитистов», к которому могут присоединиться партия Виктора Орбана и целый ряд других политических сил, было известно давно, то некоторой неожиданностью стало формирование в середине осени и еще одного оппозиционного альянса, и вновь под руководством итальянцев. Когда во Франции начались протесты «желтых жилетов», представители этого движения и «Движения 5 звезд» обменивались комплиментами, а потом и объявили о сотрудничестве. Установка на «борьбу с элитами», нецельная, неформальная и безо всякой истории, пользуется поддержкой огромного числа людей.

 

Оба блока, несомненно, сформируют свои фракции в новом составе Европарламента. Насколько большие — пока неясно. События развиваются слишком стремительно. «Желтые жилеты» стали пользоваться поддержкой 12% граждан через два месяца после появления на свет. Сальвини показал, как удваивать рейтинг, находясь у власти, за месяц. При самом консервативном сценарии сторонники традиционных ценностей и борцы с истеблишментом после перевыборов Европарламента смогут вставить евробюрократам много палок в колеса.

 

Радикальный сценарий, то есть переход самой власти к такому альянсу, пока не рассматривается как основной. Но больше не рассматривается и как невероятный. Тем более что нынешним властям ЕС, судя по всему, нечего противопоставить оппозиции. Во всяком случае, ничего, кроме обвинений в популизме и запугивания избирателей войной в случае победы Сальвини, они так и не предложили.

 Рука Москвы и рука Вашингтона

 

В прежние годы Маттео Сальвини было принято называть пророссийским политиком. Фотографий в футболке с Путиным никто не забудет. Придя к власти, он не изменил риторику: говорит, что санкции — абсурд, Россия — друг, а Путин — великий лидер.

 

Но эту карту в Италии разыгрывали не слишком активно. Лишь один раз летом крупнейшие газеты страны были пойманы на распространении прямого вранья о «российском вмешательстве», но скандал быстро утих. В том числе и потому, что никакой конкретной «пророссийскости» правительство Конте не демонстрирует. Конечно, оно радует Москву приятными словами, но против продления антироссийских санкций не голосует. Министры говорят, что не могут повлиять на другие страны. Это, конечно, отговорки. Но правительство не является пророссийским — оно является проитальянским. И у него есть один еще более важный, чем Россия, союзник. США.

 

Дональд Трамп показательно выделяет Джузеппе Конте из остальных европейских лидеров, которые его раздражают. Американское посольство рассыпается в комплиментах бюджету Италии в те же самые секунды, как его критикует Еврокомиссия. Трамп и Сальвини хвалят друг друга за борьбу с миграцией. Стив Бэннон — частый гость не только в Париже у Марин Ле Пен, но и в Риме. Ослабление «центральной» власти в ЕС в пользу национальных властей как минимум выгодно США, как максимум (по версии конспираторов) — Вашингтоном и инспирировано или по крайней мере поддерживается.

 

Изумленные евробюрократы обнаружили, что местные оппозиционеры и американский президент играют вместе, да и российский лидер на их же стороне. Всё это происходит на фоне ослабления позиций как Меркель, так и Макрона, не говоря уже о Brexit. Инициатива перехвачена, а еврокомиссары растеряны и похожи, по утверждению итальянских либералов, на Горбачёва перед распадом СССР. У Сальвини во главе колонны традиционалистов и у Ди Майо в желтом жилете одного из лидеров борьбы с истеблишментом есть еще четыре месяца предвыборной кампании.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here